Мэтт Хейг «Последнее семейство в Англии»

Мэтт Хейг (род. 1975) — английский писатель и журналист, автор художественных и научно-популярных произведений для детей и взрослых. За свою жизнь он сменил несколько профессий: управлял собственной интернет-маркетинговой компанией, работал в ночном клубе в Испании, а затем стал профессиональным писателем. На заре своей писательской карьеры Хейг часто обращался к наследию Шекспира. В дебютном романе «Последнее семейство в Англии» встречаются явные отсылки к творчеству великого английского драматурга. Признаюсь, книга далась мне нелегко. Первые страницы показались настолько скучными и непонятными, что я решила отложить чтение «до лучших времён». В итоге она пролежала два месяца. Но я всё-таки дала ей второй шанс — и не ошиблась.

Необычный приём, который автор использовал в книге, сначала оттолкнул и показался странным, но потом стало понятно: в этом и есть главная сила произведения. Перед нами разворачивается глубокая философско-психологическая драма одной английской семьи с элементами детектива. Самое интересное, что повествование ведётся от лица собаки — лабрадора по кличке Принц.

В центре сюжета — семья Хоторнов: школьный учитель Адам, его жена Кейт, бабушка Маргарет, переехавшая к ним после смерти мужа, их дети Хэл и Шарлотта. Когда-то они взяли щенка Принца из приюта, и теперь его миссия — заботиться о них и защищать любой ценой. Его девиз: «Долг превыше всего». Он свято верит в свод правил под названием «Пакт лабрадоров». Согласно ему, счастье и благополучие хозяев напрямую зависят от собаки. А высшая награда для лабрадора — воссоединение со своей собачьей семьёй после смерти. Но для этого нужно посвятить каждую крупицу своей жизни защите людей.

Орест Сомов «Были и небылицы»

Орест Михайлович Сомов (1793-1833) – известный ныне лишь литературоведам российский писатель, который, однако, является предтечей Гоголя, а именно его магическим «Вечерам на хуторе…», где впервые на широкую публику явились мавки, ведьмы и прочая мелкопоместная нечисть. Сомов принадлежал к обедневшему дворянскому роду, родился и начинал свою жизнь под Харьковом, примерно в 1810 году переехал в Петербург, где пытался делать карьеру, сочетая службу с литературной деятельностью.

Орест Михайлович даже чуть было не угодил под следствие по делу декабристов, однако быстро была установлена его непричастность. Было бы иначе, возможно, его имя бы раскрутили при советской власти, но Сомов так и остался своеобразным популяризатором народных страшилок с южных окраин Российской империи, более интересным этнографам, чем любителям беллетристики. Хотя, справедливости ради, надо отметить, что ОМ стоял так же у истоков русской литературной критики – у него был написан целый трактат, посвящённый романтической поэзии, а кроме того, Сомов один из первых высоко оценил грибоедовское «Горе от ума», что говорит о хорошем вкусе и верном литературном чутье писателя.

Вера Богданова «Царствие мне небесное»

«Я люблю жизнь и помню. что она очень короткая […] Ведь времени слишком мало, чтобы тратить его на ненужные дела и неприятных людей».

О Вере Богдановой, современной российской писательнице, мы уже говорили («Семь способов засолки душ»,  

«Сезон отравленных плодов»). Каждый новый роман Веры Олеговны вызывает резонанс, не стал исключением и последний - «Царствие мне небесное». По сути, перед нами автофикшн, биография, вернее часть её – история тяжелого заболевания (онкология), выздоровления, и всё это на фоне воспоминаний о детстве, даче и двух бабушках, воспитавших Веру. Весь роман как рефлексия, размышление о жизни и смерти (вообще повествование начинается с похорон одной из бабушек), с экскурсом в историю дачной жизни в России. «Проза о природе лично для меня целительна», - пишет Богданова. Даже посвящение «Царствия…» звучит так: «врачам и садоводам». Образ дачи существует как идеальное, гармоничное место для жизни – в союзе с природой. Своеобразный Эдем, место вечного лета (мало кто в России способен долго жить на даче зимой), из которого тебя неизбежно изгонят если не климат, то современная жизнь, требующая высоких скоростей и города.

Алексей Сабуров «Дневник Кристины»

Алексей Сабуров родился в Пермском крае, городе Березняки. Точный возраст нигде не указывается, но на вид, по фотографиям в сети, Алексею лет тридцать-сорок, так что он вполне может считаться молодым писателем. Позже Сабуров переселился в Екатеринбург, где живёт и сейчас. Много путешествовал, занялся писательством. Сабуров пишет преимущественно в жанре психологического детектива.

…Итак, «Дневник Кристины». Условно роман можно поделить на две части. В первой мы знакомимся с главной героиней, Марией Шубиной. Дело происходит в Екатеринбурге. У Марии всё прекрасно – есть ребёнок, муж, куплен загородный дом, который героиня, сама по профессии архитектор, начинает вдохновенно переобразовывать под свой вкус. Она постоянно в этих хоромах одна – работает онлайн, муж Никита пропадает в бесконечных командировках, дочь уже выросла и уехала учиться в Москву.

Михаил Чулаки «Прощай, Зелёная Пряжка!»

Михаи́л Миха́йлович Чула́ки (1941-2002) — русский писатель и публицист. Михаил Михайлович родился в семье творческой интеллигенции: его отец был музыкантом и несколько лет директором Большого театра в Москве, а мать, Елена Евгеньевна, была художницей. Удивительно, но сын пошёл по прямо противоположному направлению - окончил Первый Ленинградский медицинский институт им. академика И. П. Павлова в 1968 году и 6 лет проработал врачом-психиатром в знаменитой в Ленинграде «Пряжке», старейшей психиатрической больнице города. В 1973 году Чулаки начал публиковаться в журнале «Нева». Автор более 30 романов и повестей, нескольких сотен публицистических статей. Возглавлял Союз писателей Петербурга, городскую комиссию по правам человека. Погиб в 2002 году - был сбит автомобилем при переходе улицы в неположенном месте.

«Пряжку» я читала в юности, и было интересно перечитать её сейчас. Тогда зацепило две вещи – во-первых, тема нетипичная для советской литературы – пациенты психбольницы, а во-вторых, сама романтическая история – врач влюбляется в пациентку. По сути, этой второй составляющей и запомнилось. Открываю сейчас и понимаю – да это же классический производственный роман, практически наш Артур Хейли! Вся романтика, благодаря довольно-таки скупому изложению, остаётся на втором плане. Именно будни этого заведения, истории пациентов, чуть ли не подробное описание техники лечения с указанием применяемых процедур и препаратов(!) и подробнейшее описание шизофренического бреда, настолько профессионально изложенное, словно сидишь на медицинской лекции.

Андрей Волос «Из жизни одноглавого: роман с попугаем»

[Из архива 2014 года] Если библиотека стоит в центре города, занимает приличное здание, да ещё и не один этаж – увы, это для неё не счастливое стечение обстоятельств, а приговор и начало конца. Она неизбежно исчезнет под любым благовидным предлогом, чтобы уступить место торгово-развлекательному центру/сетевому продуктовому магазину/просто магазину и т.п. Потому как ринутся туда, в отличие от библиотеки, ежедневно (а в случае тотальных распродаж – и еженощно) толпы народа и не просто ринутся, а ещё и деньги понесут. Называется сие – рентабельность. Аминь.

Филипп Вигель «Записки»

Фили́пп Фили́ппович Ви́гель (1786-1856) — государственный деятель Российской империи, один из наиболее известных мемуаристов пушкинской эпохи, коллекционер. Член общества «Арзамас», автор широко известных и популярных в XIX веке «Записок».

…Если бы в 19 веке существовали соцсети, наш Филипп Филиппович однозначно был бы блогером, причём – светским блогером, вываливающем на читателя сплетни о жизни селебов. Ибо его «Записки» - это собрание довольно ехидных историй о представителях российского высшего общества. Благодаря своей вхожести в бомонд (тайный советник – это вам не кот начхал) и наблюдательности, ФФ имел обширнейшее поле для своих исследований. Вигель пережил трёх императоров, лично знал многих писателей (включая Пушкина и Гоголя), деятелей культуры, многих знаменитых полководцев. Если прибавить к тому крайнюю язвительность нашего персонажа, становится понятно, что друзьями наш мемуарист за всю жизнь так и не обзавёлся, а вот недругов нажил.