Анна Матвеева «Можно и так сказать»

Анна Александровна Матвеева (1972 г.р.) - российский писатель и журналист, редактор. Родилась в Свердловске, закончила факультет журналистики Уральского государственного университета. Никогда не прекращала занятий журналистикой и литературным редактированием. Первые публикации рассказов появились в середине 1990-х годов. В настоящее время опубликованы сборники рассказов, повести, романы (самые известные - «Завидное чувство Веры Стениной», «Перевал Дятлова», «Каждые сто лет»). Писательница живёт и работает в Москве; замужем, имеет троих детей.

…У нового романа Матвеевой есть подзаголовок – «роман-мизанабим». Мизанабим – это обозначение многослойности, «текста в тексте», такой литературной «матрёшки» (на что, кстати, намекает и оформление обложки). Почему так, станет ясно из сюжета.

Завязка сюжета: перед нами успешный писатель Аркадий Нуров, собравший и продолжающий собирать всевозможные литературные премии, такой современный мэтр российской литературы. У него всё хорошо – дом полная чаша, молодая жена-красавица актриса, благосклонные критики, есть даже фанаты его творчества. Настолько всё сложилось, что даже первая бывшая жена работает у Аркадия литературным агентом, и вообще здесь сплошные «высокие отношения»… И тут случается, казалось бы, немыслимое – Нурова с треском прокатывают с, казалось бы, ожидаемой премией – ему не достаются даже второе и третье места, но самое унизительное – первое место с миллионным денежным призом отдают странной фриковатой даме, которую когда-то Аркадий в лицо назвал графоманкой. Как будто этого мало – в тот же вечер Нуров ловит свою красавицу на адюльтере…

…Зализывать раны наш писатель отправляется на убитую окраину столицы, в хрущебу, которую ему милостиво уступила бывшая жена. Там он решает сделать крутой вираж в своём творчестве, отходит от мощных исторических романов (своего основного жанра) и садится ваять пьесу в жанре не то магического реализма, не то абсурда. Вот вам и «матрёшка» – Матвеева полностью приводит этот текст в романе… Там (в основном тексте) много чего происходит; кстати, роман можно назвать и производственным, так как Матвеева открывает читателю и внутреннюю писательскую кухню - отношения с издателями, договоры и обязательства, система распределения премий и т.п. Но заканчивается книга, гм, странно, причем, видимо, Матвеева сама это понимала, раз озаглавила последнюю главу так: «В финале я испытал глубокое разочарование». Глубокого разочарования я не испытала, роман мне, скорее, понравился (а вот пьеса – нет), и, думаю, большинству он понравится тоже – Матвеева хороший рассказчик, что большая редкость в современной литературе.

Татьяна Величко

Книга поступит в фонды библиотеки им. Л.А. Гладиной в следующем квартале