среда, 31 октября 2018 г.

Русская мистика

Не надо думать, что Хэллоуин – чуждый нам, россиянам, праздник. Ещё известный археолог и библиофил конца 19 – начала 20 века Сергей Рудольфович Минцлов (о нём ниже) заметил, что «осень – время года мистическое». А ещё раньше, до родоначальника «страшных рассказов» англичанина Эдгара По, этот жанр процветал в классической русской литературе. В мистической прозе отметились такие титаны, как Пушкин, Достоевский, Лермонтов и, конечно же, Гоголь, не говоря уже о писателях второго и третьего эшелонов. Угасший к середине 19 века интерес к такого рода литературе успешно возродился в Серебряном веке и просуществовал, уже среди русской эмиграции первой волны, до второй мировой.

Орест Сомов (1793-1833) – литератор пушкинской эпохи. Его повести на тему малороссийского фольклора - первый опыт до Гоголя окунуть читателя в мир этнографии и народных легенд. «Киевские ведьмы» - о том, что если у тебя тёща самая что ни на есть настоящая ведьма, то и жена где-то из той же области. Главного героя подвело ревнивое любопытство – не жилось ему спокойно – и любимая супруга быстро сделала себя вдовой. Кстати, эта повесть позже вдохновила Пушкина на стихотворение «Гусар» с похожим сюжетом, но с благополучным финалом. Кроме того, Сомов ещё автор «Русалки», «Кикиморы», «Оборотня» и других подобных рассказов и повестей. 


Александр Бестужев-Марлинский (1797-1837). Писатель эпохи байронизма и романтизма – отсюда склонность у автора к «готической прозе» и движению декабристов. «Страшное гадание» - о том, что хорошо бы некоторые свои желания держать в узде: если твоя пассия замужем – оставь её в покое. Главному герою повезло, к счастью, не без мистики, понять, куда заведут недозволенные страсти (а вели они в могилу, причём всех участников, включая обманутого мужа) и вовремя остановиться… 


Михаил Загоскин (1789-1852) - был в своё время кем-то вроде нашего Акунина, писал романы на темы русской истории, а позже оказался прочно забыт. Повесть «Концерт бесов» о том, что если долго не встречаться с предметом своей страсти (главному герою мешали расстояние и сословные предрассудки: она - итальянская певица, он – русский дворянин), можно при нечаянном свидании не заметить, что твоя любимая давно уже, как говаривали в том веке, «кадавр» – т.е. ходячий труп. В «Нежданных гостях» главный герой, скучающий провинциальный помещик, очень любил выпить в весёлой компании и покритиковать на досуге Священное писание. За что и поплатился – компания, которой такая критика была по душе, к нему и явилась, причём прямо из пекла – повеселиться на свой манер. Обе повести вошли в цикл мистических рассказов «Вечера на Хопре». 


Антон Погорельский (1787-1836) - был поклонником «гофмановского жанра», т.е. смешения фантастики, готики и мистики, но больше известен как автор «Чёрной курицы» - по сути, первой в русской литературе книги о детстве. Повесть «Лафертовская маковница» - о том, что мирную старушку, торгующую у дороги коржиками, могут волновать, кроме бытовых пенсионерских, и инфернальные проблемы: кому передать свой оккультный дар и магический инвентарь в виде чёрного кота, дабы спокойно отойти в мир иной. И эту проблему она собирается решить с помощью дальней родственницы, юной Маши, родители которой даже не подозревают, чем могут обернуться Машины походы в гости на ночь глядя к доброй бабушке… 


Валериан Олин (1788-1841) – малоизвестный даже в свою эпоху литератор; зарабатывал на жизнь тем, что писал буквально обо всём и во всех жанрах, что, однако, не отразилось на его финансовом благополучии – Олин окончил свои дни практически в нищете. Тем не менее, его повесть «Странный бал» до сих пор входит почти во все сборники, посвященные романтической прозе 19 века, поскольку довольно забавна и оригинальна – речь в ней идёт о том, что не всегда надо ходить туда, куда тебя приглашают, особенно – на ночь глядя. Главный герой, петербургский обыватель, от скуки и бессонницы оказался на вечеринке весёлой нечести (а шёл-то в приличный дом!), где чуть не свернул себе шею. Рассказ вошёл в цикл «Рассказов на станции» - случайные попутчики, застигнутые непогодой, чтобы скоротать время, пугают друг друга страшными историями… 


Владимир Титов (1807-1891). «Уединённый домик на Васильевском». Автор этой повести известен всему миру, ибо на самом деле это Пушкин, как-то наговоривший в салоне впечатлительным гостям страшный рассказ о том, как один нехороший товарищ, оказавшийся на поверку чёртом, влез в доверие, соблазнил девушку друга и вообще сломал окружающим жизнь. Было такое развлечение среди продвинутого дворянства – импровизировать на заданную литературную тему (в данном случае – про «страшное») в кругу слушателей. Один из особо впечатлившихся гостей, а именно Титов, повесть записал и издал под своим именем, на что, кстати, щедрый Александр Сергеевич даже не обратил внимание. 


Александр Пушкин (1799-1837) – был не чужд интересу к инфернальному: кроме всем известной «Пиковой Дамы» (покойная графиня открывает своему случайному убийце счастливую комбинацию карт с небольшим, но важным условием, которое главный герой, на свою погибель, не выполнил), есть ещё небольшая повесть «Гробовщик» о том, как хозяин погребальной конторы, после пьяного спора, в запале взял да пригласил в гости своих клиентов, то бишь мертвецов. А они возьми и явись – в разной степени разложения… 


Николай Гоголь (1809-1852) – помимо двух знаменитых малороссийского циклов – «Вечера на хуторе близ Диканьки» и «Миргород», классик и основатель русского мистического рассказа блеснул готическим и в цикле «Петербургские повести». Повесть «Портрет» на вечную тему как деньги убивают талант, ибо талант – дар Божий, а деньги сами знаете, от кого… Что лучше – быть нищим, свободным и гениальным или богатым, зависимым и бездарным? Главный герой, бедный художник, на последние гроши приобретает у антиквара портрет неизвестного. Именно этот портрет станет источником материального благополучия, забирая в оплату талант хозяина… 


Михаил Лермонтов (1814-1841) – самый загадочный представитель Золотого века русской литературы, естественно, не мог пройти мимо мистического в своём творчестве. Ярче всего тема таинственного отразилась в незаконченной повести «Штосс» - опять художник, опять портрет зловещего старика, опять деньги. Теперь герой играет в карты со своим дьявольским партнёром, выходцем из портрета, в надежде выиграть обладание неким идеальным женским созданием, которое томится в плену у старика… 


Алексей К. Толстой (1817-1875) – писателя очень интересовала вампирская тема – повести «Упырь» и «Семья вурдалака» тому доказательство. Первая – приключения молодого человека, которого угораздило влюбиться в девушку, чья бабушка и половина окружения были кровососами. Вторая – с этнографической изюминкой: глухой западнославянский хутор, герой – путешественник, сперва пленившийся местной красавицей, а после еле унёсший ноги от её кровожадного семейства. 


Фёдор Достоевский (1821-1881). Есть у классика «Бобок» - жуткая повесть о том, как главный герой, оказавшись на кладбище, вдруг обнаружил, что слышит беседы недавно похороненных мертвецов. Не ясно, что больше всего потрясло слушателя: то ли сам факт, то ли содержание (либо пошлое, либо скабрезное) этих разговоров… 


Константин Коровин (1861-1939). Говорят: «Врёт, как рыбак». КК кроме того, что являлся замечательным художником-импрессионистом, был заядлым охотником и рыболовом. В его воспоминаниях много быличек в т.ч. мистического толка. Например, «Вышитое сердце» - заброшенная усадьба, где в обветшавшей гостиной, при свечах, каждую ночь можно увидеть обезглавленную ревнивым мужем барыню, которая вышивает и вышивает на пяльцах любовнику признание – в виде сердца из сплетённых листьев… Или «Плясавица» - о барине, к которому покойная жена-танцорка еженощно спускалась с портрета скоротать вечер и в результате затанцевала до смерти… 


Александр Куприн (1870-1938). Мало кому известная у классика (но очень увлекательная!) повесть «Звезда Соломона» - где всё вертится вокруг главного героя, скромного клерка. Неприметный юноша обладает только одним талантом – способностью, как орехи, щелкать сложнейшие шарады и ребусы. Чем и заинтересовывает некоего Мефодия Исаевича Тоффеля (да-да, замаскированного Мефистофеля), подсунувшего герою нежданное наследство вкупе с бесконечным везением в обмен на решение важной для чёрта загадки… 


Сергей Минцлов (1870-1933) – библиофил, журналист, археолог, путешественник и автор нескольких увлекательных сборников рассказов, а также романов-путешествий «Царь царей» и «За «Мёртвыми душами». Именно он отметил мистичность осени как времени года, и издал цикл рассказов «Мистические вечера» - где герои, по уже известному сценарию, собираются вместе – в «Обществе любителей осенней непогоды» - чтобы поделиться страшными историями. Самые впечатляющие здесь – о проклятом браслете, не отпускающем душу хозяйки, пугающей, в свою очередь, случайных гостей, заночевавших в развалинах её замка и рассказ о некоей псковской поповне (!) на поверку оказавшейся ведьмой пострашнее гоголевской панночки. 


Александр А. Кондратьев (1876-1967). Роман, который можно смело назвать первым славянским фэнтези, «На берегах Ярыни» - о том, что в глухом хуторе народ живёт в тесном соседстве не только с природой, но и демонами природы. Здесь же подробнейшее описание шабаша – такое ощущение, что автор сам туда летал. Повесть «Сны» - уже эстетство в духе Серебряного века: заброшенная усадьба, таинственная всадница-охотница, способная превращать гостей в дичь… Всё это не то снится герою, не то существует в реальности… 

Комментариев нет:

Отправка комментария